17:34 

Про способы убийства и косвенные доказательства

Aki_Klark
регулировщик бытия
– Это будет классно. Я отрежу ему пальцы – по очереди, пока не умрет от потери крови. Если повезет, доберусь до «двадцать первого», - хихиканье отдается эхом в черепной коробке, будто в пустой комнате. – «Его» по кусочкам. Просто нарежу. Как думаешь, на каком ломтике он сдохнет?
Ичиго с силой дернул себя за волосы. Кожа головы ныла от целого выдранного клока. Не помогло.
– Слушай, а может все-таки вспороть живот и вытащить кишки?
– Заткнись, - сдавленно прошептал и с бессильной злостью услышал в ответ скрежещущий хохот.
Как всегда.
– Ты отдашь мне своё тело?
– Нет.
– Вот и я не заткнусь, - с притворно печальным вздохом произнёс Пустой и, кажется, потянулся – раздался хруст костей, проехавший наждачкой по и так взвинченным нервам.
Ичиго, почему-то психанув именно в этот момент, ударил по стене кулаком и встал с кровати. Ледяной душ, точно – вряд ли заставит Пустого замолчать, зато удовлетворит начинающие проявляться мазохистские наклонности. И когда с физической оболочкой Куросаки случается что-то неблагоприятное, эта тварь злится.
Все дело в том, что Ичиго ещё сопротивлялся.
– А вот Рукия – отдельная история. Я её ненавижу.
– Ты всех ненавидишь, - и.о. синигами равнодушно включил холодную воду, подождал немного и переступил бортик ванны прямо в одежде. Кожу обожгло, словно кипятком; футболка немедленно промокла насквозь, а штаны потяжелели и норовили вовсе сползти с бедер.
– Она заслуживает чего-нибудь... – голос Пустого резко оборвался – Ичиго явственно представил, как он уставился в одну точку, задумавшись.
Его не интересовал план своей бледной копии, но насторожиться стоило – если он выделил Рукию, значит, станет пытаться захватить над телом контроль в ее присутствии.
– Чего-нибудь мучительного и кровопролитного, я знаю, - пробормотал рыжеволосый и подставил лицо жидкообразным потокам холода. По векам забили крупные капли.
– Ты так говоришь, будто я всех буду убивать одним способом.
– Разными, но жестокими.
– Не-ет, - Пустой захихикал. – Принцесску я вообще не трону. Он много раз спасала твою задницу.
Ичиго, хоть и удивился, но виду не подал – вода отвлекала. Стоило поблагодарить того, кто придумал, что моральную боль можно заглушить физической.
Одежда тяжелыми складками прилипла к телу и даже не холодила, а грела. Синигами лениво стянул ее, бросил куда-то в угол, выключил воду и закутался в большое полотенце, висевшее на крючке. Кажется, отцовское. И белое.
Ворсинки ткани утыкались в обмороженную кожу, покрытую мурашками, и Ичиго хмыкнул, услышав досадное цоканье.
– Тебя наказать, что ли? Не порть мое будущее тело, - недовольный скрип.
– Оно мое. Что хочу, то и делаю, - бесцветно отозвался Куросаки, встряхивая головой – капли воды с волос разлетелись по всей ванной и оставили мокрые следы на зеркале.
– Ошибаешься.
Синигами чертыхнулся – его собственная нога согнулась в колене и сделала шаг вперед, будто удерживаемая нитью кукловода. Он резко ударил себя по щеке на манер пощечины и стиснул зубы – от холода боль казалось острее. Но удерживать контроль можно было только грубой силой.
По-истеричному визгливый смех заставил крупно вздрогнуть.
– И-ичиго, ты такой смешной. Правда, - голос вдруг понизился и стал вкрадчивым. – Я хочу тебя.
– Двусмысленно звучит, фрик чертов.
Пустой вновь жутко захихикал – ну, точно свихнувшийся кукольник. Ичиго представил его в каком-нибудь истерзанном ярком костюме в полосочку, с длинными полами фрака, с манжетами, испачканными в крови, и тут же отмахнулся от слишком живого образа.
Он до сих пор чувствовал некоторую слабость в ногах и подрагивание мышц, поэтому счел лучшим быстрее пройти в свою комнату и запереть дверь. Бледная тварь могла заставить его пойти к сестрам вниз или просто на улицу. Забавно, ну да.
«Гусиная» кожа постепенно сошла на нет, светлые волоски на руках опустились, но временного синигами все равно бил озноб.
– Тебя согреть? – участливо поинтересовался Пустой – от такого тона хотелось кривиться.
Куросаки промолчал, лишь устало закрыв глаза. Поморщился, когда тварь внутри начала мычать какую-то песенку. Резко, вдохнул, почувствовав холодное прикосновение к щеке.
Пальцы руки надавили на кожу, на ощупь ткнулись в скулу и чуть не заехали в глаз. Ичиго схватил худое запястье и попытался отодвинуть от себя – нечеловеческая сила без особого напряжения, как тяжелый камень, удерживала руку на месте.
– Отстань, - выплюнул он и немного удивился, так как посягательства на щеку прекратились. Чужой контроль не исчез, нет – пальцы сложились в комичного зайчика, а голова заболела от взорвавшегося хохота.
– Король, ты тупица, если думаешь, что я не исполняю свои обещания. Тем более, - другая рука Ичиго против его воли медленно заскользила по часто вздымающейся груди, – захватывать твое тело становится все легче... – рыжеволосый как-то растерянно уставился на неподвластные конечности. – И вскоре я полностью затащу тебя в темноту, - Пустой почти мурлыкал, ласково поглаживая шею синигами его же ладонью.
– Прекрати, - прошипел Ичиго, с беспомощной злостью наблюдая за обнаглевшими руками. Широко распахнул глаза, когда одна скрылась под полотенцем, а другая царапнула ногтями щеку и сильно зажала рот.
– Подвесить на крюк за кожу не очень оригинально, да? – послышался влажный звук – Пустой облизнулся. – А если я ее трахну? – смешок. – Хоть она меня не привлекает, ради тебя я готов на все. Этой маленькой синигами будет больно, а это радует, Ичиго, - голос стал пугающе тихим.
Рыжеволосый гневно дышал в собственную ладонь, стараясь не обращать внимания на лениво поглаживающие пах пальцы. Пустой был сволочью, эгоцентриком и садистом. А еще он никогда не врал, так что оставалось два выхода: либо поддаться на уговоры Хирако, либо перестать видеться с Рукией.
Естественно, первое.
Вот только легче не становилось – Пустой все еще угрожал, все еще странно себя вел и все еще оставался садистом. Решение, по сути, ничего не решало.
Холодные кончики пальцев так невесомо и медленно касались члена Ичиго, что он неожиданно покраснел, хотя стыдиться, в общем-то, было нечего – уж Пустой лучше всех знал это тело и что ему нравится. И, мразь, использовал знания, умело распаляя, возбуждая, унижая.
Ладонь, зажимавшая рот, сдвинулась на щеку, потом на волосы, перебирая и несильно дергая мокрые пряди.
– Руки убрал, - проговорил Ичиго, с усилием сглатывая.
– Угу, сейчас, - саркастически ответил Пустой. – И, кстати, это пока не мои руки. Я косвенно, не злись, - царапнул ногтями головку, медленно двинул вверх-вниз. Куросаки яростно дернулся – ноги были будто прикованы кандалами к кровати и позволяли выгнуться только вперед. – О, тебе уже не терпится, Коро-оль?
Хихиканье в голове начинало сводить с ума.
– Прекрати!
– Ш-ш, Ичиго, сестренки услышат, - Пустой прошептал это будто на ухо – так близко раздался его двойной голос.
Ичиго мысленно стал выталкивать чужой контроль из своего сознания, но это было также безрезультатно, как и сдвигать с места дерево. Дуб. Толстый дуб.
А рука тем временем мучительно медленно двигалась и по-садистски крепко сжимала возбужденную плоть. Куросаки зажмурился и стиснул зубы, будто пытаясь защититься хоть от чего-нибудь, не давая подступающим к горлу стонам вырваться наружу.
Это было, черт возьми, трудно.
И Пустой это знал.
– Мой маленький наивный Ичиго, - с придыханием прошептал Пустой, водя пальцами рыжеволосого по его же лицу. Тот морщился, отворачивался, но вскоре понял, что... Нифига он не двигался. Мозг посылал сигналы мышцам шеи сокращаться, а голова все равно оставалась на месте – Куросаки иллюзорно чувствовал, что вертится, и только. Открытие неприятно поразило, но...
Да, все дело в том, что Ичиго еще сопротивлялся.
Сжал у основания, не давая кончить и не позволяя сладкой неправильности закончится. Тихо хмыкнул в голове, другой рукой спустившись по шее и ключицам на грудь, небрежно перекатывая горошинку соска между указательным и средним пальцами. ТАМ двигал неторопливо, то оголяя, то закрывая головку. Ичиго слабо дергался, шипел ругательства сквозь зубы – наслаждение и отвращение одновременно он чувствовал впервые.
– Открой ротик, - притворно ласково попросил Пустой, уже не терзая сосок, а поглаживая пальцами временного синигами его же губы. Ичиго как раз испытывал какую-то особую наркотическую секунду и автоматически послушался. А ощутив, как Пустой проталкивает пальцы ему в рот, сдуру укусил.
Боли не было, но палец потом саднить будет. Когда белая тварь вернет контроль. Если вернет.
Пустой поднял руку и издевательски пошевелил ими перед лицом Ичиго. Тот с напряжением посмотрел на прозрачную капельку слюны и внезапно понял, зачем...
– Стой, ты совсем, что ли... Ох... – какой-то изрядно пошлый выдох вырвался из груди – откуда тварь так... Так...
Отвлекшись на сводящие с ума движения руки, Ичиго не заметил, как Пустой скользнул под полотенце уже второй. Коснулся влажными пальцами ануса и довольно хохотнул, услышав почти-стон.
– Признай, что тебе уже не сдержаться. Или опять начнешь свои «Прекрати!» или «Ты с ума сошел?!»?, - передразнил его Пустого, слегка вразумляя и проясняя разум. – Хватит думать, что ты всесилен, Ичиго.
– Я не сдамся, - через силу сказал временный синигами.
– Упрямый идиот, - после этих слов Куросаки невольно ахнул – Пустой засунул... Туда!... Черт возьми, резко, сразу два, немедленно начиная двигать... Там...!
Ичиго закусил губу, стараясь ни подаваться бедрами все быстрее дрочащей руке, ни позорно насаживаться на пальцы.
Ничего не делай. Не двигайся. Молчи. Не вздыхай. Зажмурься. Сглотни. Тебе это отвратительно. Это не удовольствие. Это внушил тебе твой Пустой.
Сложно. Очень сложно сдерживаться.
– Ичиго, - захлебывающее зашептала белая тварь, будто испытывала то же самое, что и он. – Ты будешь принадлежать мне. До того момента, когда мы поменяемся, осталось совсем чуть-чуть. Даже если ты присоединишься к вайзардам, я одолею тебя. Но не убью. Ты будешь моим, Ичиго, только представь, - он как-то мечтательно выдохнул.
Рыжеволосый не понимал, почему должен разделять его мнение. Он вообще мало что понимал в тот момент – пальцы свободно входили и выходили, входили и выходили; тело невольно содрогалось в преддверии оргазма, а Пустой, кажется, не собирался мешать ему кончить. Так что сейчас это закончится, сейчас...
До крови прикусив губы и рвано, толчками выталкивая воздух из легких, он излился в свою-не свою руку, испачкав полотенце, выгнул спину до хруста позвоночника и промычал непонятно что, кому и зачем. В голове билась одна мысль «ондовелменядотакого» и раздавалось тихое хихиканье.
– Ну что, Ичиго, отрезать пальцы или вытащить кишки?
Все вернулось на круги своя.

@темы: ХичИч, куда я без них?

URL
   

Чокнутая лень

главная